Проект, он же виртуальный клуб, создан для поддержки
и сочетания двух мировых понятий: Русских и Швеции...
Шведская Пальма > Информация > Культура > Публицистика. > Статья Николая Вуколова "Служба государственной безопасности Швеции (Säpo)"

Служба государственной безопасности Швеции (Säpo)

Что вы знаете о шведской спецслужбе СЕПО (SÄPO)? Без риска ошибиться могу сказать - ничего или почти ничего. На такие темы не особенно пишут и сейчас, когда политический и социально-экономический опыт Швеции освещается в нашей прессе довольно подробно. Вы вправе спросить: а нужно ли нам вообще говорить об этой стороне жизни? Убеждён, что да. Во-первых, того требует элементарная объективность, а во-вторых, «избирательный» взгляд неизбежно грешит односторонностью и искажает общую картину.

Осенним вечером 1985 года в дверь отделения ТАСС в Стокгольме позвонили. Гость, потрясая большой, стриженной «под нуль» головой, отчего еще более оттопыренными казались крупные уши, разразился тирадой. «Вы не бойтесь, я не с плохим пришёл, — воскликнул он, перемежая русские слова со шведскими. — Но эти негодяи просто вышвырнули меня на улицу!» - негодовал посетитель, жестикулируя и потрясая какой-то книгой. Этого невысокого, плотного человека лет сорока мне доводилось видеть и ранее. Утверждая, что он внук русского генерала, не то Шкуро, не то еще кого-то, он появлялся на различных мероприятиях в Стокгольме почти везде, где были советские люди. Но стремление выпятить свою «связь с Россией» да и нагловатое поведение симпатий к нему, откровенно говоря, не вызывали. «Вы ведь знаете, я немного говорю по-русски, — напомнил он, — и на сей раз прошу помощи. Меня, честного человека, выбросили с работы за то, что я не впустил этих проституток (здесь генеральский отпрыск употребил более крепкое слово, демонстрируя знание глубинных пластов русского) вместе с американцами. Где же справедливость!?»

Из дальнейшего монолога выяснилось: служил он швейцаром в фешенебельном отеле «Шератон» в центре шведской столицы. И однажды не пустил в гостиницу живших в ней американцев, шедших в компании «доступных девиц», за что и был уволен владельцем отеля. Однако, по его словам, действовал он в соответствии с инструкцией, а потому расценил случившееся как попрание его прав. «Ваша пресса много пишет о нарушении прав человека на Западе, - заметил визитер, проявляя немалую осведомленность. Вот и опишите мой случай. Тем более что все местные газеты не проявили интереса». Признаться, случай этот не вдохновлял. Но я все-таки поинтересовался, чем объясняется равнодушие газетчиков. «Все дело в том, что хозяин «Шератона» пошел на поводу СЕПО». А далее потомок генерала изложил путаную историю о том, как в свое время «насолил» полиции безопасности, которая, мол, имеет на него «зуб», а инцидент с американцами — повод избавиться от него. На самом деле все — происки спецслужбы СЕПО. «Ну а газеты, естественно, не хотят ввязываться в дело, где замешаны сеповцы. Но я-то знаю, что такое эта контора. Вот почитайте», сказал он, протянув мне книгу.

Когда за посетителем захлопнулась наконец дверь, я решил, что вся эта история - блеф. Но книгу раскрыл. И не пожалел... Заинтриговал заголовок: «Постоянный заговор. Слежка и манипуляция общественным мнением». Авторы К.Г.Келер и Б.МОЭЛВ собрали интересный материал, речь в основном шла о шведской спецслужбе СЕПО. О её существовании я, конечно, знал из публикаций в шведских газетах. Во многих случаях они были связаны с именем юриста гетеборгского университета Дэнниса Тэлльборга, занимающегося изучением методов работы СЕПО. По данным юриста, ежегодно ведомство отвечает на 100 тысяч запросов относительно политической благонадёжности шведских граждан. Делается это вопреки заверениям политиков, будто в Швеции ничего похожего нет и быть не может. Многое подтверждало высказывания шведских деятелей о том, что Швеция образец западной демократии, страна, где права человека и свободы органично вплетены в ткань общественной жизни. Но эти заверения опровергали деяния спецслужбы, ибо как совместить демократию с практикой преследования за взгляды и убеждения?

Понятно, что каждое государство вправе иметь органы, стоящие на страже его интересов, это и есть одна из главных функций СЕПО, которая призвана «выявлять и предотвращать преступления против безопасности государства». Но где грань, за которой начинаются действия, таящие такую угрозу? И потом, было просто любопытно узнать: когда в Швеции возникла необходимость в такой организации?

Государственная полиция безопасности появилась в Швеции ещё в 1939 году. Она и стала прародительницей нынешней СЕПО. С 1941 по 1945 год эта служба перлюстрировала около 40 миллионов частных писем и прослушала 10 миллионов телефонных разговоров, а к концу войны в ее списках значились имена десятков тысяч коммунистов, многие из которых попали в лагеря. Да, в 1940 году под давлением внутренней реакции парламент принял чрезвычайный закон, в соответствии с которым были созданы «рабочие роты» — лагеря для интернированных. Туда попадали коммунисты и сочувствовавшие им, антифашисты, те, кто раньше сражался в интербригадах в Испании. Всего, как сообщило Шведское телеграфное бюро (ТТ), около 3 тысяч человек.

Я беседовал с Ионом Такманом, коммунистом, известным не только в Швеции. Этот интеллигентный обаятельный человек вспоминал, как при его деятельном участии готовилось знаменитое Стокгольмское воззвание против атомной бомбы. Такман неожиданно сказал: «А знаешь, я ведь был включен гестаповцами в список смертников». Во времена войны, по его словам, непростой была жизнь у людей демократических взглядов, даже не попавших в «роты».

Все сходилось. Ведь и в книге подчеркивалось, что полиция безопасности поддерживала контакты с гестапо, а значит, логично предположить, передавала в руки тайной государственной полиции «третьего рейха» списки «неблагонадежных» шведов. Легко представить себе их участь, осуществись планы вермахта по оккупации Швеции! Чрезвычайные меры в условиях военного времени, конечно, объяснимы. Хотя вряд ли могут быть оправданы репрессии «на всякий случай» против собственных граждан даже под таким предлогом, как желание «остаться вне войны»...

Имена шведов заносятся в «черные списки» вопреки принятому риксдагом в 1968 году постановлению, запрещавшему заводить досье на граждан за политические взгляды. Этому решению предшествовал нашумевший в середине 60-х годов скандал с разоблачениями деятельности секретной разведывательной службы Швеции — Информационного бюро (ИБ), которое занималось политической слежкой. В октябре 1983 года бывший канцлер юстиции Швеции И.Гюльнес сообщил на страницах «Дагенс нюхетер», что эта служба засылала агентов в профсоюзы и на предприятия. Но тайное стало явным, и бюро запретили заниматься внутриполитическими проблемами, а позже — реорганизовали.

Полицейские карточки не уничтожили, а функции бюро перешли к СЕПО, которая «получила чёткую директиву регистрировать тех лиц, которые при возникновении кризиса или кризисной ситуации могут проявить себя ненадежными». В итоге в полицейские карточки попали имена 200-300 тысяч шведов.

«Под колпак» СЕПО угодил даже ныне покойный премьер-министр страны Улоф Пальме, о чем сообщал в вышедшей в 1983 году книге «Война полицейских» её автор, бывший начальник отдела информации Государственной полиции страны К.Фалькенстам. Оказывается, несколько лет Пальме находился под пристальным вниманием СЕПО как «слишком радикальный человек». Более того, служба безопасности приняла меры, ограничивающие доступ Пальме к секретной информации, опасаясь, что тайны могут попасть в руки представителей иных государств.

Поводом для слежки послужило участие Пальме 21 февраля 1968 года в массовой манифестации в Стокгольме, где он, занимавший тогда пост министра просвещения и культов, выступил с речью против войны США во Вьетнаме. Это вызвало раздражение официального Вашингтона, и президент Линдон Джонсон даже отозвал американского посла из Стокгольма - «для консультаций». Позднее американское ЦРУ направило в шведскую столицу агента, бывшего однокашника Пальме по Кенионскому колледжу. Ему поручили «выяснить позицию Швеции путем контактов как с самим Пальме, так и с его окружением». Поднявшаяся шумиха побудила Пальме заявить в середине сентября 1983 года: «Я знал всегда, что СЕПО рассматривает меня как человека, способного нанести ущерб безопасности государства. Нет необходимости опровергать нелепость таких выводов... Совершенно недопустимо, чтобы СЕПО стала государством в государстве и действовала по своим законам».

А между тем если уж и пристало на кого-то сетовать социал-демократическому лидеру в связи с действиями СЕПО, то скорее на собственную партию, которая стояла у истоков создания спецслужбы.

Выяснилось это несколько неожиданно. Когда сеповцы установили наблюдение за Пальме, шефом службы был П.-Г.Винге. На одном из заседаний он сообщил о подозрениях относительно Пальме начальнику отдела СЕПО губернии Норботтен и члену Социал-демократической рабочей партии Швеции (СДРПШ) Г.Вуопио. Через того об этом узнало правительство. В результате бывший тогда министром юстиции Л.Гейер сообщил Винге в декабре 1969 года, что его пребывание на посту начальника СЕПО нежелательно. Винге нанес ответный удар, обнародовав факты, согласно которым уже упоминавшееся Информационное бюро использовалось кабинетом и СДРПШ в собственных политических целях. Об этом же шла речь в феврале 1988 года в популярнейшей программе шведского радио «Канален», подтвердившей: ещё в 40-е годы надзор за гражданами осуществлялся по указке руководства СДРПШ и Центрального объединения профсоюзов Швеции, да и вся система политической слежки, которая, по мнению газеты «Норшенсфламман», набрала особенную силу в период «холодной войны», зародилась после прихода к власти бывшего премьер-министра Т.Эрландера.

«У социал-демократов, заявил по этому поводу Председатель Левой партии — коммунисты Ларе Вернер, — два мрачных момента в истории. По их спискам в годы войны в лагеря отправлялись коммунисты и лица прогрессивных взглядов. Регистрация «инакомыслящих» продолжалась и в послевоенные годы». Кстати, уже после решения, запрещавшего подобную практику, риксдаг в 1969 году принял специальное «Постановление о контроле за служащими». В нем определялось, каким образом должен осуществляться такой контроль (сама его необходимость не отрицалась).

Но как писала минувшим летом «Дагенс нюхетер», в этом постановлении был и «секретный раздел», где приводился список партий и союзов, члены которых должны регистрироваться. По данным того же Тэлльборга, досье заведены на 200 тысяч шведов, чьи взгляды характеризуются как левые. Но «догляд» за жителями собственной страны, «врагами внутренними», — ещё не всё, чем занимается спецслужба.

...Никогда не подумал бы, что небольшой сверкающий тусклой позолотой зал в старинном здании Шведской королевской оперы может служить «учебным классом» агентов СЕПО. И тем не менее! «Возьмём, к примеру, «Тоску» Пуччини. Это же полицейская опера о злоупотреблениях властью, и здесь мы можем почерпнуть многое для себя. Изучаем мы и методы шпионажа времен короля Густава III. Не очень-то они изменились и в наши дни». Вот так откровенно поведал о подготовке сотрудников корреспонденту «Дагенс нюхетер» Б.Г.Андерссону один из ответственных чинов ведомства. Можно, конечно, спорить по поводу такой трактовки творения знаменитого итальянца. Но пример ярко иллюстрирует перемены в кадровой политике СЕПО в 80-е годы. Организация омолодилась, теперь в ней работают юристы, обществоведы, инженеры по электронно-вычислительной технике.

Штаты пополняются путем привлечения аналитиков для работы в секретариате СЕПО. Обычный путь: университетские курсы — Высшая школа полиции СЕПО. «Мы стремимся отбирать лучших, тех, кто обладает сильным интеллектом и хорошими знаниями языков», — говорит один из руководителей отдела по набору новых сотрудников.

Похоже, что лавры Мата Хари не дают покоя и шведкам. В различные отделы службы в последние годы пришло немало женщин, которые «способствовали созданию более гармоничного рабочего климата и проявили себя ценными сотрудниками».

При найме тщательно оцениваются личные качества новичка. Излишняя ревнивость, дурные склонности, долги, пристрастие к спиртному — всего этого достаточно, чтобы двери оказались закрытыми. Для проверки вновь поступающих и выяснения их возможных контактов в экстремистских кругах или с зарубежными разведслужбами используются картотеки самой СЕПО. В секрете хранятся имена всех сотрудников, за исключением самых высоких чинов. Штудирование истории, философии, политики, религиозных учений и многого другого — вот тот фундамент, опираясь на который в недрах СЕПО готовятся образованные профессионалы с гибким мышлением и широким кругозором.

В ответ на просьбу проиллюстрировать характер деятельности на примере обычного рабочего дня один из шефов СЕПО заметил: «Затем мы провели углубленную дискуссию о последних событиях в Советском Союзе, и прежде всего о роли Бориса Ельцина, его открытых дебатах с партийным лидером Горбачёвым».

В столичном районе Кунгсхольмен расположено здание Государственной полиции страны. Четыре этажа в нем — вотчина СЕПО, которая в течение своей 50-летней истории «была окружена тайной, закрытым миром, знакомство с которым исключено». Но времена меняются, и в 80-е годы, по словам «Дагенс нюхетер», руководство организации стало «стремиться к большей открытости». У средств массовой информации появилось больше возможностей писать о службе. В СЕПО, как явствует из репортажей этой крупнейшей газеты, произведена реорганизация, и теперь в ней действует 4 управления: административное, оперативное, секретариат и служба безопасности. В функции секретариата (или по-шведски «enhet B») входят анализ сведений, контакты со штабом обороны и его разведкой, обмен информацией с иностранными службами безопасности.

Противодействие терроризму, обеспечение сохранности тайн в оборонной промышленности, осуществление контроля за гражданами - за всё это отвечают сотрудники службы по защите безопасности («enhet D»). Важнейшая роль отведена оперативному управлению («enhet С»), в ведении которого — контрразведка, разведка, проблема борьбы с экстремистами. Наиболее засекреченная — секция, занимающаяся контрразведкой. Здесь главенствует «русский отдел», ведущий «круглосуточное наблюдение за офицерами советской разведки, находящимися в стране». Этот отдел - главный «заказчик» для секции разведки, в помещениях которой постоянно крутятся бобины магнитофонов, подключенных к телефонным кабелям, а расшифровкой записей занимаются квалифицированные переводчики. Сколько их?

Видимо, немало. Ведь СЕПО регулярно прослушивает телефоны посольств СССР и других социалистических стран в шведской столице. Мотивировка? «Несмотря на политический курс свободы от союзов, — пишет «Дагенс нюхетер», - контршпионаж полиции безопасности большей частью направлен против стран Варшавского Договора. Это в числе прочего объясняется и географической близостью сверхдержавы — Советского Союза. Да и шведские военные готовы к нападению прежде всего с Востока...»

Похоже, что в служебных кабинетах СЕПО мыслят всё теми же стереотипами: да, потепление международного климата, установление большего доверия между государствами — всё это прекрасно, пусть политики продолжают в том же духе. Ну а мы-то должны держать ухо востро и не впадать в излишнюю эйфорию. Как большой успех преподносится цифра советских дипломатов и сотрудников других учреждений социалистических стран, покинувших Швецию в различные годы по подозрению в шпионаже: надо же как-то оправдывать выделяемые из госбюджета средства - около 210 миллионов крон. А политические игры и роль СЕПО в них? Помнится, в начале 80-х годов, после известного инцидента с советской подводной лодкой, которая в условиях плохой видимости сбилась с курса и села на мель у восточного побережья Швеции, отношения между двумя странами были весьма напряжены. Несмотря на то, что советская сторона принесла извинения шведам за этот непреднамеренный и досадный случай. Но сразу посыпались «разоблачительные» публикации, и с подачи СЕПО официальные шведские власти были вынуждены принимать категоричные решения.

В конце августа этого года на шведов обрушилась очередная «сенсация»: Советский Союз чуть ли не причастен к убийству У.Пальме! СЕПО, сообщили газеты, осуществляло «бюггнинг»: с помощью микрофонов в течение двух лет — до осени 1987 года — прослушивалась квартира советского дипломата и делались магнитофонные записи. Расшифровавший их переводчик и вышел-де на «новый след» в расследовании убийства. Впрочем, агенты службы, внимательно изучив запись, сделали смягчающий вывод: советские власти не причастны к убийству, а только знали якобы о его планах.

«Пустая выдумка, в которую никто не поверит» таков был смысл редакционных комментариев ведущих шведских газет. Бывший начальник оперативного управления СЕПО П.Г.Несс предпочел не информировать правительство о данных подслушивания. Он счел их безобидными и не желал разоблачений этой стороны деятельности спецслужбы. Но ответственный чин не предвидел дальнейшего хода событий: трудно было угадать, что весной 1989 года под руководством генерального прокурора Я.Даниэльссона начнется специальное расследование работы службы подслушивания.

Расследование было назначено в связи с тем, что многие видные политики страны стали объектом незаконной слежки. Сначала министр иностранных дел С.Андерссон сообщил о замеченных им попытках прослушивать его телефонные разговоры. Министр, правда, уклонился от открытых упреков в адрес СЕПО: «Я знаю, что меня прослушивали, но не могу сказать, когда и кто». И вот уже бывший работник аппарата СДРПШ Арне Эрикссон заявил в интервью «Афтонбладет», что в его руки попала стенограмма одной из бесед Андерссона, подготовленная агентами СЕПО на основе данных прослушивания в начале 70-х годов, когда тот занимал пост секретаря социал-демократической партии. Шумиха поднялась изрядная. А «Дагенс нюхетер» опубликовала под заголовком «Два вида телефонного подслушивания — законное и незаконное» материал со схематическими рисунками всевозможных технических приспособлений: магнитофонов, микрофонов, «жучков»... Словом, подробную инструкцию по подслушиванию, где, в частности, разъяснялось, что же такое подслушивание Законное.

Таковым оно считается, когда «за ним стоит полиция». По закону тот, кого подслушивают, должен подозреваться в преступлении, караемом тюремным заключением сроком минимум на два года. Для этого требуется решение суда, действующее максимум в течение недели. Когда же дело касается контрабанды наркотиков (это тяжкое преступление), то срок может быть продлён и до месяца. В виде исключения суд может дать разрешение на подслушивание по подозрению в мелких преступлениях, а прокурор и полиция вправе, когда речь идет о случаях, имеющих «особо важное значение», самостоятельно принимать решение о подслушивании.

Закон законом, но каково шведам сознавать, что в любой момент содержание их бесед может стать достоянием стороннего уха? Это всё-таки вторжение в личную жизнь и посягательство на права, пусть даже и на формально законном основании. Что до «бюггнинга» — подслушивания с помощью микрофонов, то этот метод, отмечает «Дагенс нюхетер», «в принципе, запрещен в Швеции». Ведь для установки микрофонов и передатчика надо или проникнуть в комнату подозреваемого, а это уже несовместимо с законом, или вмонтировать микрофоны в соседней квартире — правда, придется договариваться с соседями, платить им. Бесспорно одно: если «бюггнинг» шведов — внутреннее дело страны, то подслушивание иностранных дипломатических представителей — это нарушение международных норм, в частности принятой в 1961 году Венской конвенции о дипломатических сношениях. И это официально признают представители Швеции.

Стало быть, «вопрос о советском дипломате» — случай особый. Кому и зачем понадобилось толковать об «осведомленности СССР» о планах убийства Пальме? Ответ на этот вопрос напрашивается сам собой: на фоне дискуссий по поводу подслушиваний нужен был любой предлог, пусть и самый невероятный, дабы оправдать незаконные действия СЕПО. Власти оказались в деликатном положении. Шутка ли: в Швеции, стране, рьяно отстаивающей незыблемость международных норм и правил, — и вдруг такое! Впрочем, интересы властей и службы безопасности столкнулись за последнее время не впервой.

Свидетельством недовольства социал-демократического кабинета стало и санкционирование бывшим министром юстиции А.-Г.Лейон неофициального расследования по делу об убийстве У.Пальме, предпринятого Эббе Карлссоном. Издатель, близкий к социал-демократическим кругам, мотивировал свои действия рядом причин: несмотря на то, что СЕПО было известно об угрозах в адрес Пальме, её сотрудники не приняли эффективных мер по обеспечению безопасности премьера, а после убийства затрудняли работу следователей, ведущих поиски убийцы. Но начатое издателем самостоятельное расследование приняло курьёзный и неожиданный для правительства оборот. Скандальную окраску получили незаконные действия помощника Э.Карлссона (кстати, бывшего личного охранника комиссара Х.Хольмера, экс-шефа СЕПО, руководившего поначалу расследованием убийства Пальме). Этот человек был задержан таможенниками на шведской границе в городе Хельсингборге при попытке ввезти в страну из Дании современное подслушивающее оборудование. Причем, как намекалось, не обошлось без подсказки сеповцев таможенникам.

Попутно выяснилось, что Э.Карлссон, побывавший на Британских островах, имел рекомендательное письмо министра юстиции, которым он намеревался воспользоваться в Лондоне для получения информации от британских секретных служб. Всё это было классифицировано оппозиционными партиями как действия, несовместимые с законом страны, и в итоге Лейон была вынуждена уйти в отставку. В конституционной комиссии риксдага состоялись слушания, вылившиеся в очередное противоборство правительства и СЕПО. Представители буржуазной оппозиции всячески нагнетали страсти и защищали СЕПО.

Как тут не вспомнить предостережения Пальме о недопустимости превращения СЕПО в «государство в государстве»?

Не случайно, вернувшись к власти в 1982 году после шестилетнего пребывания в оппозиции, социал-демократы тотчас же потребовали, чтобы начальник политического отдела МИД страны участвовал в качестве внешнеполитического эксперта в совещаниях руководства национального управления полиции. Газета «Свенска дагбладет» писала: «По мнению социал-демократов, СЕПО часто совершает ошибки в анализе проблем внешней политики и политики безопасности». А газета «Норшенсфламман» даже указывала: «СЕПО проводит собственную внешнюю политику, поддерживая контакты со спецслужбами других стран».

Это ещё один важный аспект деятельности тайного ведомства. Его связи весьма обширны. Не секрет, отмечает «Дагенс нюхетер», что Швеция обменивается информацией с разведывательными органами и спецслужбами, прежде всего стран НАТО. Наиболее успешно - с Данией и Норвегией, в числе партнеров СЕПО значатся и ЦРУ, английская «Сикрет интеллидженс сервис», французская ДСТ. Обмен сведениями, касающимися террористической деятельности и контршпионажа, весьма важен для шведской службы.

Однако «разоблачения» со слежкой за советским дипломатом, как указывает «Дагенс нюхетер», нанесли удар по авторитету, СЕПО. Американцы остались весьма недовольны утечкой данных о том, что подслушивание квартиры велось при оперативном содействии ЦРУ. А британские спецслужбы были недовольны «самодеятельностью» Э.Карлссона, нарушившей правила игры. Острая полемика и жаркие дискуссии, в перекрестье которых оказалась СЕПО, не прошли бесследно. В конце апреля ушел в отставку её начальник С.Сундстрем, мотивировавший свое решение недоверием к нему со стороны правительства.

Из документа специальной комиссии, возглавлявшейся К.Лидбумом, вытекает, что СЕПО действует вразрез с правовыми нормами. Доклад этот примечателен. В нем подчеркивается, что слежка за гражданами по политическим мотивам должна быть прекращена, а принимаемые СЕПО решения следует фиксировать в письменной форме. Всякий раз, когда возникает необходимость использовать прослушивающую аппаратуру, об этом должен ставиться в известность канцлер юстиции. «Когда решение не зафиксировано на бумаге, никто вообще не знает, что делается», — отметил К.Лидбум. Коснувшись «бюггнинга», Лидбум признал: при необходимости полиция имеет право прибегать к этому методу, но, к сожалению, «он использовался и в других случаях». В докладе подвергнуты критике контакты СЕПО с израильской секретной службой «Моссад», подчеркнута необходимость ограничить связи СЕПО с коллегами из других стран. «Карл Лидбум проделал ценную и основательную работу. Важно определить основные линии деятельности СЕПО», — отметил министр по гражданским делам Б.Юханссон.

При всей остроте дискуссий, дебатов, обсуждений нигде и никем не ставилась под сомнение сама необходимость наличия такой службы. У читателя может возникнуть вопрос: а почему, собственно, автор решил написать о полиции безопасности в такой тихой и нейтральной стране, как Швеция? Как раз потому, что у большинства из нас именно эта страна не ассоциируется с такой широкой деятельностью спецслужбы.

Известны акции американского ЦРУ, приемы британской «Интеллидженс сервис», французских, западногерманских и других спецслужб. И если в печати раздается критика в их адрес, то как раз за методы работы. И в нашей прессе право каждого государства обеспечивать свои интересы с помощью соответствующих органов не ставится под сомнение. А вот нарушения закона, допускаемые этими органами, — другой вопрос. Ведь и комитет для разработки предложений о реформе СЕПО был назначен правительством Швеции для того, как отмечалось в его докладе, представленном на рассмотрение риксдага, чтобы кабинет использовал свои конституционные полномочия и направлял деятельность СЕПО. Как подчёркивалось в документе, эта служба инструмент политики безопасности в широком смысле и правительство несет ответственность перед парламентом за то, чтобы ее деятельность соответствовала курсу, определенному государственными властями.

Одним из основных положений готовящейся реформы должно стать усиление парламентского контроля за СЕПО - весьма замкнутой структуры. Но всё говорит о том, что ныне СЕПО не так просто, как ранее, вершить судьбами людей. Контроль над её деятельностью - уже гарантия того, что нарушения и злоупотребления если и не исчезнут, то уменьшатся.

© Николай Вуколов

Дополнительные ссылки:

Säpo в википедии

Официальный сайт Säpo (на шведском языке)

Правила публикации статей на "Шведской Пальме".

på svenska
Частные объявления по Швеции
Русско-Шведский словарь для мобильного телефона и планшета. 115 тыс слов

В Стокгольме:

09:30 26 мая 2017 г.

Курсы валют:

1 EUR = 9,4186 SEK
1 RUB = 0,135 SEK
1 USD = 8,3861 SEK
Creeper
Рейтинг@Mail.ru


Яндекс.Метрика
© Swedish Palm